СОВРЕМЕННЫЕ ТРАКТОВКИ КОНЦЕПТА ВРЕМЕНИ И ВОЗМОЖНОСТИ ИХ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ В ОБУЧЕНИИ ВЫРАЖЕНИЮ ВРЕМЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ ПРИ ИЗУЧЕНИИ КАТЕГОРИИ ВРЕМЕНИ АНГЛИЙСКОГО ГЛАГОЛА

Главная » Филология » СОВРЕМЕННЫЕ ТРАКТОВКИ КОНЦЕПТА ВРЕМЕНИ И ВОЗМОЖНОСТИ ИХ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ В ОБУЧЕНИИ ВЫРАЖЕНИЮ ВРЕМЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ ПРИ ИЗУЧЕНИИ КАТЕГОРИИ ВРЕМЕНИ АНГЛИЙСКОГО ГЛАГОЛА
Филология Комментариев нет

Ключевые слова: английский язык, глагол, категория времени, концепт «время», языковая картина мира; concept "time", English lan — guage, language picture of the world, time category, verb.

Статья посвящена обзору основных трактовок концепта «вре- мя», описывает и анализирует возможности их использования в обуче — нии выражению временных отношений при изучении категории времени английского глагола.

The article is devoted the review of the basic treatments концепта "time", describes and analyzes possibilities of their use in training to expres — sion of time relations at studying of a category of time of an English verb.

Одним из исходных моментов когнитивно-коммуникативного подхода при обучении иностранным языкам является тезис о том, что при изучении категории времени английского глагола, граммати — ческие знания обучаемых могут быть дополнены представлениями о категории времени, развиваемыми в современных философских, ес — тественно-научных и лингвистических концепциях.

Как известно, в сложном процессе моделирования действи- тельности в сознании коллективного субъекта переплетаются две ее картины – концептуальная (логическая) и словесная (языковая). Кон-

цептуальная картина, то есть совокупность знаний о материи во всех ее проявлениях, является инвариантной для всех людей и не зави — сящей от языка, на котором люди мыслят и выражают свои мысли. Языковая картина варьирует от языка к языку [5, с. 14]. Уточнение понятия языковой картины мира в свете новой парадигмы лингвис — тического знания, т. е. с когнитивной точки зрения, содержится в по — следних работах Е. С. Кубряковой, где она выделяет в качестве основных функций языковой картины мира функции концептуализа — ции и категоризации внутреннего и внешнего мира [9, с. 8].

Представления о времени наряду с другими знаниями состав- ляют часть концептуальной картины мира и находят закономерное соответствие в комплексе языковых семантических категорий – та — ких, как темпоральность, аспектуальность, временная локализован — ность. «Время» как фундаментальная универсальная категория является инвариантной для всех людей и носит вненациональный характер. «Время» как совокупность разноуровневых языковых средств варьирует от языка к языку.

«Время» наряду с «пространством» входит в число главных бытийных категорий, представляя собой важнейшую из познанных человеком форм существования материи, введенную в язык, как для постижения сложнейших тайн вселенной, так и для простой ориента — ции человека в конкретном месте и в конкретном времени.

Все сущее в этом мире, все доступное уму человека осмысли- вается в координатах пространства и времени. Но если сам факт выделения этих категорий неоспорим, то представления о подлин — ной сути этих категорий, об их концептуальной структуре, об их чле-

нении и стратификации постоянно меняются [8, с. 81]. Это заставля — ет представителей почти всех фундаментальных наук – физики, фи- лософии, семиотики, психологии вновь возвращаться к описанию и определению этих категорий. Решающая роль в новом понимании мыслительных процессов и всей деятельности человека, несомнен — но, принадлежит лингвистам.

«Время» относится к числу довольно трудно формулируемых понятий. С одной стороны, «время» (в философском понимании это — го слова) является номинацией, которая несет в плане содержания логически сконструированный концепт. В этом случае значение сло — ва «время» равно его словарному определению: «одна из форм су — ществования бесконечно развивающейся материи – последовательная смена ее явлений и состояний» [11, с. 10]. С дру — гой стороны, на уровне обыденного сознания человек не устанавли — вает для себя значения имени «время» таким образом, как оно сформулировано в Толковом словаре: «Если меня об этом не спра — шивают, я знаю, что такое Время; если бы я захотел объяснить спрашивающему – нет, не знаю» [6, с. 35]. На вопрос, что такое вре- мя, носитель русского языка, скорее всего укажет вам на часы: ско — ротечность времени («время летит») легко сравнить с полетом птицы; ценность времени имплицируется фразой «Время – деньги».

Как справедливо заметил А. П. Бабушкин, за номинацией «вре- мя» стоят концепты самых разных типов: «Время – корабль, никогда не бросающий якоря» (мыслительная картинка); «Берегите время: это ткань, из которой сделана жизнь» (схема); «Время неподвижно, как берег» (фрейм); «Время скребет, роет нас, как землекоп почву, и

обнажает нашу геологию» (сценарий). Именно в этом смысле А. П. Бабушкин называет концепт «время» «калейдоскопическим». Слово «время» не имеет устойчивых, фиксированных ассоциаций. Концепт характеризуется чрезвычайной текучестью. Одновременно

«время» как номинация отвлеченной семантики не является «пус — той», абстрактной сущностью. Через образ человек лучше сознает сущность этой сложной категории, так как смотрит на нее через призму «предметных» реалий и действий [2, с. 148].

Отправным пунктом исследования категории времени для нас является дифференциация понятий: времени реального (физическо — го времени, в котором протекают физические процессы), времени мыслительного (отражения объективного времени в сознании чело — века) и времени лингвистического (совокупности способов выраже — ния средствами языка сущности физического и мыслительного аспектов рассматриваемой категории).

В качестве фундаментальных свойств реального времени, как правило, называются такие, как всеобщность, одномерность, необ — ратимость, бесконечность.

Время – одномерно. Это означает, что для определения поло- жения события на временной оси (во временном континууме) доста — точно одной координаты: указания на расстояние (длительность) от заданной точки отсчета. Иначе говоря, реальное время наделяется свойствами одномерного континуума и может быть представлено в виде геометрической линии.

Время – необратимо и бесконечно: оно может развиваться лишь в одном направлении – от прошлого к будущему [12, с. 35].

Следующее свойство времени проявляется в единстве пре- рывности и непрерывности [1, с. 58]. Как форма существования ма — терии, время непрерывно, так как материя вечна и бесконечна. Она не исчезает и не создается вновь. Как форма бытия бесконечного множества объектов, каждый из которых имеет свое индивидуальное время, время объективное прерывно и предстает как бесконечное множество индивидуальных времен [3, с. 65]. Одним из очевидных свойств времени является также временная упорядоченность. Упо — рядоченность времени означает расположение событий в опреде — ленном линейном порядке, который позволяет подразделять события на более ранние и более поздние, устанавливать отноше — ния предшествования и следования событий по отношению друг к другу [2, с. 18].

Математическим образом, который обычно используется для адекватного отражения природы реального времени, является бес — конечная числовая ось. Непрерывность этой оси отражает непре — рывность реального времени, а возрастание числового ряда отражает однонаправленность времени.

О времени как о мыслительной категории правомерно говорить в двух аспектах: перцептуальном (психологическом) времени, отно — сящемся к сфере восприятия объективного времени отдельным ин — дивидуумом, и описания объективного времени человеком. Первое предстает в виде чувственного образа реального времени, второе — в виде абстрактного образа, отражающего присущие объективному времени фундаментальные свойства.

Наше ощущение времени, оценка длительности временных сегментов не обязательно соответствует реальному времени, кото — рое мы измеряем при помощи часов и которое связано с порядком смены состояний реальных объектов и явлений; нередко один и тот же человек в зависимости от состояния нервной системы — возбуж — дения, утомления, скуки — по-разному ощущает время.

Например, если мы с нетерпением ожидаем какого-либо собы- тия и смотрим на часы, нам кажется, что они замедлили свой ход, а на самом деле наше перцептуальное время ускорилось. Напротив, если мы заняты чем-то интересным, присутствует обратный эффект.

По выражению одномерности/многомерности, необратимости/ обратимости, упорядоченности/неупорядоченности, реальное и пер — цептуальное время образуют привативную оппозицию. Здесь реаль — ное время выступает как маркированный член, сигнализирующий об одномерности, необратимости, упорядоченности, а перцептуальное время – как немаркированный член, который объединяет в своем значении два компонента: отрицательное значение несигнализация признаков одномерности, необратимости, упорядоченности; положи- тельное значение сигнализация многомерности, обратимости, не — упорядоченности [14, с. 79].

Механизм отражения реального времени еще недостаточно ясен, однако предполагаемые возможности связаны с признанием того, что перцептуальное и реальное время в основном соответству — ет друг другу; порядок смены ощущений отражает порядок смены ре — альных явлений (имеется в виду психически здоровый человек).

Время в концептуальном плане представляет собой «базисную, когнитивную систему, которая находит реальное существование во всех актах речи, где передается и воспринимается единое в своей основе мыслительное содержание, не зависящее от особенностей отдельных языков. Эта система реально существует и находит кон — кретную реализацию в каждом акте речи» [4, с. 65] и поддается тем- поральной интерпретации.

На основе имеющихся представлений о времени как в обыден- ном, так и в теоретическом знании, концептуальное время может быть описано посредством следующих фундаментальных семанти — ческих признаков:

[± соотнесенность действия с субъективной осью ориентации]; [± соотнесенность действия с объективной осью ориентации]; [+ соотнесенность действия с длительностью];

[+ соотнесенность действия с кратностью].

Следует сразу же отметить, что первые два признака являются собственно темпоральными (квалифицирующими действие относи — тельно временных маркеров: момента речи и/или другого момента на оси времени), тогда как два последних признака лежат в зоне пе — ресечения полей темпоральности и аспектуальности (с одной сторо — ны, признаки длительности и кратности действия отражают характер протекания и распределения действия во времени, а это, как извест — но, составляет суть понятийной категории аспектуальности; с другой стороны, рассматриваемые видовые значения определяются в тер — минах времени и непосредственно соотносятся со шкалой времени, в отличие от таких видовых значений, как направленность-

ненаправленность действия на достижение предела или достигну — тось-недостигнутость действием внутреннего предела, характери — зующих внутреннюю расчлененность действия и соотносящихся со шкалой времени опосредованно). А. В. Бондарко относит значения длительности и повторяемости к числу признаков, имеющих отража — тельный характер, т. е. отражающих определенные свойства реаль — ных действий [4, с. 78]. Другие видовые значения не могут интерпретироваться в терминах временной локализованное, «их можно представить как параллельные шкале времени или как нахо — дящиеся над ней и проецирующиеся на нее» [13, с. 180].

Сходные рассуждения находим во французской грамматике, где принято различать «внешнее» (le temps explique) и «внутреннее» (le temps implique) время действия, что отвечает понятиям глаголь — ного времени и глагольного вида [16, с. 49].

Итак, в рамках понятийной категории времени мы выделяем два типа темпоральных значений, которые обозначим условно: тем — поральность координатная и темпоральность линейная.

Признак [+ соотнесенность действия с субъективной осью ориентации (СОО)] является основным компонентом в семантиче — ской зоне темпоральности. Под осью ориентации понимается отра — жение в мыслительной категории времени момента объективного времени. Это веха, относительно которой познается положение яв — ления во времени. Субъективная ось ориентации – это момент осоз — нания субъектом своего положения в объективном времени. Следовательно, признак [+ соотнесенность действия с СОО] обозна — чает временную связь (отношение предшествования, одновремен — ности или следования) действия с моментом восприятия его

говорящим, т. е. моментом речи (МР) или, иначе говоря, с настоящим временем, если оно выступает как закрытая система.

Лингвистическое настоящее, как и любой период в мыслитель — ной категории времени, может рассматриваться двояко: как открытая система, когда не противопоставляются ее границы, и она воспри — нимается как бы изнутри – как течение времени, как длительность; или как закрытая система, когда она как бы сворачивается до мо — мента (момента речи), представляется в полном охвате и рассмат — ривается как бы извне – как единый, целостный фрагмент времени.

Признак [+ соотнесенность действия с объективной осью ориентации (ООО)] обозначает временное отношение (предшество — вание, одновременность, следование) явления к любому моменту на оси времени, положение которого относительно СОО уже определе — но. Соотносясь с ООО, явление тем самым локализуется и относи — тельно СОО. Например, действие может быть охарактеризовано как предшествующее СОО + одновременное ООО: «Когда мы верну- лись, он читал»; или как следующее за СОО + предшествующее ООО: «Он окончит школу к ее возвращению из Лондона».

Положение объективной оси ориентации всегда известно бла- годаря контекстной, ситуативной или энциклопедической информа — ции. Во временном плане настоящего объективной, осью ориентации является момент речи.

Этот признак означает снятие в мыслительной категории вре- мени понятия момента времени как маркера, относительно которого устанавливаются отношения предшествования, одновременности, следования действия. Действие локализуется в одном из временных планов без дальнейшего уточнения его места на оси времени.

Признак [+ соотнесенность действия с длительностью] ха- рактеризует действие по степени его протяженности (длительности) во времени, и, с этой точки зрения, различаются ограничено — длительные (завершенные и незавершенные) и неограниченно дли — тельные действия. Этот признак означает отвлечение в языковом отражении характера протекания действия во времени от его реаль — ной временной протяженности. Смысл высказывания может предпо- лагать существенность других темпорально-аспектуальных признаков и несущественность признака реальной длительности. Та — кова, например, ситуация обобщенного факта, в которой направлен — ность высказывания на общую информацию о самом факте наличия/отсутствия действия исключает длительность из характери- стики действия и ситуации в целом.

Признак [+ соотнесенность действия с кратностью] характе- ризует действие по количеству крат или прерывно-непрерывного распределения его во времени. Различают однократные (или еди — ничные) и многократные (или повторяющиеся) действия. Признак [– соотнесенность действия с кратностью] обозначает нерелевантность данного признака для темпорального смысла высказывания. Тако — выми являются ситуации, выражающие постоянные свойства и от — ношения, ментальные и эмоциональные состояния, не сочетающиеся со значениями признака кратности.

Оценка или категоризация событий осуществляется сквозь призму не отдельных признаков, а через их комбинации, которые со — ставляют сложные концептуальные структуры, так называемые тем — порально-понятийные комплексы.

Каждый комплекс представляет собой последовательное соче- тание признаков координатной темпоральности с признаками линей — ной темпоральности.

Данные темпорально-понятийные комплексы представляют со — бой понятийную основу, отражающую многообразие временного варьирования событий на онтологическом и логическом уровнях.

Указанные темпоральные комплексы могут быть положены на — ми в основу систематизации знаний школьников о функционировании грамматических форм времени иностранного языка в сопоставлении с формами родного языка,

Универсальным языковым коррелятом понятийной категории времени (если принимать в расчет весь арсенал языковых средств, включая лексику) является функционально-семантическое поле тем — поральности.

Не вызывает сомнения, что первейшим средством отражения в языке опосредованной действительности является лексика. В словах и словосочетаниях номинативного характера зафиксирован, опыт народа, познанные им явления внешнего мира [10, с. 14]. В русском и английском языках к лексической темпоральности относятся наречия времени, существительные с временным значением, предлоги и союзы. Будучи предельно пестрыми в формальном плане, эти слова оказываются достаточно однородными с семантической точки зре — ния. По мнению Р. А. Жалейко, они могут быть разбиты на две под — группы: лексико-семантический разряд единиц с линейным значением (слова и словосочетания, обозначающие отрезок време — ни) и лексико-семантический разряд единиц с координационным зна — чением (слова и словосочетания, обозначающие временные отношения [17, с. 80].

Внутри разряда единиц с линейным значением выделяются следующие группы:

1. Названия интервалов, служащих единицами измерения вре-

мени, выражающих меру времени. В русском и английском языках в эту группу входят: секунда – second, минута – minute, час – hour, не — деля – week, месяц – month, год – year, столетие – century, тыся — челетие – millenium. Имеются и расхождения: в словаре русского языка нет единицы, соответствующей по значению английскому fort — night (period of time of two weeks) [15, с. 120]. В английском языке нет особого слова для обозначения понятия, выражаемого русским сло — вом сутки. Налицо несомненная связь языковых лакун с отсутствием понятий в культуре данного народа. В число единиц, выражающих меру времени, входят также не эквивалентные по значению русское слово декада и английское decade: декада в русском языке – это промежуток времени в 10 дней, третья часть месяца, decade в анг — лийском языке – период в 10 лет [15, с. 155].

2. Единицы счета времени. Они образуются из единиц измере- ния времени и представляют собой обозначение порядкового номе — ра интервала в серии однозначных единиц, например: 25 октября

1996 года, October 25, 1996.

3. Единицы номинативного типа, названия которых указывают на их место в серии. Это названия дней недели: понедельник – Mon — day, вторник – Tuesday и т. д.; названия времен года: зима – winter, весна – spring и т. д. Что касается названий частей суток: утро – morning, день – day, вечер – evening, ночь – night, то приведенные соответствия крайне упрощают картину, которая на самом деле ока — зывается значительно сложнее. Один и тот же отрезок времени в 24 часа членится по-разному в русском и английском языках. Говорящие

по-английски делят этот период на три части: morning (от 0 до 12 ча — сов дня), afternoon (от 12 до примерно 18 часов, т. е. до захода солн- ца) и night (от захода солнца до полуночи). Слова day и night обозначают иное деление суток, не на три, а на две части: светлую (day) и темную (night). В русском языке сутки делятся на четыре час — ти: утро (от восхода солнца до примерно 10 или 11 часов), день (от

10 или 11 часов до захода солнца), вечер (от захода солнца до при-

мерно 10 или 11 часов) и ночь (между вечером и утром) [4, с. 108].

4. Единицы, обозначающие отрезки времени, не имеющие гра- ниц: эра – era. эпоха – epoch, вечность – eternity, век – age, момент, мгновение, миг – moment, instant, wink. В синтагматике линейные единицы могут выражать длительность явления, не локализуя или локализуя его во времени. В последнем случае линейные единицы обязательно сочетаются с координационными. Координационные единицы выражают отношения одновременности, предшествова — ния, следования явления какому-нибудь моменту, выступающему как бы осью координат.

Время как универсальная форма последовательной смены событий оценивается первым субъектом в отношении к моменту не — посредственного восприятия им внешнего мира. Этот постоянно движущийся по линии объективного времени момент восприятия (лингвистическим содержанием которого является момент речи) вы — ступает в качестве демаркационной линии между прошлым и буду — щим. Таким образом, широкое понимание времени раскрывается в философских определениях данной категории и исходным моментом исследования категории времени является дифференциация поня — тий времени физического, времени мыслительного (перцептуального и когнитивного) и времени лингвистического. Универсальные семан-

тические признаки концептуального времени, а также комбинаторика этих признаков (темпорально-понятийные комплексы) отражают всё многообразие временного варьирования событий и вследствие своей универсальности могут быть использованы в процессе обучения вре — менной системе неродного языка в сопоставлении с родным языком.

Материал взят из: Вестник Ленинградского государственного университета имени А. С. Пушкина № 5 Том 2 серия филология

(Visited 1 times, 1 visits today)