Семиотический треугольник

Главная » Философия » Семиотический треугольник
Философия Комментариев нет

А пока воспользуемся коммутативной диаграммой в виде треу — гольника, чтобы изобразить наглядно отношения между знаком, кон — цептом и денотатом:

Этот треугольник обычно называют семиотическим треугольни — ком (или треугольником Фреге).

Стрелки на диаграмме указывают направление движения мысли – от знака к концепту и от концепта к денотату. Это означает, что пред — метное значение знака, вообще говоря, определяют как функцию его смысла. Правда, иногда возможен и прямой путь от знака к его дено — тату. В свою очередь, движение от денотата к концепту порождает во — прос: «Что это такое?».

Повторю, что концепт – это информация (смысл, понятие, идея, представление) однозначно сопоставляемая знаку некоторой функ — цией g. А функцией h, в свою очередь, однозначно определяется де-

нотат в качестве образа концепта (или как образ функции h × g = f).

Эта идея «триединства» элементов знаковой ситуации в общих

чертах восходит к Аристотелю и стоикам. Применительно к формаль — ным языкам логики она была возрождена немецким логиком Готло — бом Фреге.

Замечу, что в обеих диаграммах стрелки означают морфизмы (ото-

бражения), причём как g, так и h (и, соответственно, g × h) не обяза-

тельно биективны, то есть, как уже отмечалось выше, не исключается

возможность слабой или сильной синонимии. Зато омонимия (когда один и тот же знак имеет разные предметные значения) естественно

исключается. Это очень важно, поскольку омонимия (это знал уже

Аристотель) нередко служит источником логических ошибок.

Более глубокий вопрос, являются ли указанные выше морфизмы отображениями в строгом смысле? Усилия Фреге были направлены на то, чтобы оправдать их функциональный характер. Для искусственных языков такое оправдание тривиально. Но и для практики естественных языков оно отчасти возможно, поскольку тут многое зависит от кон — кретных «вхождений» в положение вещей, от контекста, в котором зна- ковая ситуация уточняется. В этом случае прямое движение мысли от знака к его предметному значению (денотату) всегда заменяется околь — ным путём через концептуальное значение (смысл) знака, так что в ре — зультате предметное значение на самом деле оказывается функцией по — нимания предмета мысли. Таким образом, в знаковой ситуации предмет участвует не «сам по себе», а по мере смысловой значимости его описа — ния, то есть всегда как некая абстракция.

Всё это имеет очень важные последствия. Так, мы не всегда мо — жем быть уверены, что различные концептуальные значения, кото — рые мы готовы рассматривать как синонимы, приведут нас к «одному

и тому же» денотату или вообще к какому-нибудь денотату. Дело в том, что денотаты знаков мы относим обычно к реальному миру, то есть к

тому миру, в котором мы живём. А концепты в состоянии порождать воображаемые миры. Их называют в логике возможными мирами. Для всех естественных языков характерны такие вырожденные ситуации, когда у знака может отсутствовать реальный денотат (Баба Яга, Еди — норог, Золотая гора, нынешний король Франции), но имеется дено — тат, принадлежащий возможному миру. И этот возможный мир не обя — зательно будет (или должен быть) сказочным. Он может быть создан контекстом, в котором используется тот или иной язык, или всем по — лем понятий, от которых зависит расшифровка (истолкование) кон — цептуальных значений знаков.

Возможна и симметричная ситуация, когда у знака отсутствует концепт. Так, собственные имена, как правило, не имеют концептов. Обратимся снова к знаменитой сказке Льюиса Кэрролла:

Меня зовут Алиса,

Довольно глупое имя. Что обозначает это имя?

А разве имя должно что-нибудь обозначать? – с сомнением спросила Алиса. Конечно! – сказал Шалтай-Болтай с коротким смешком. – Моё имя обо-

значает мои качества. И довольно недурные качества, могу сказать.

С таким именем, как у тебя, девочка, можно быть без всяких качеств…

Материал взят из: Беседы о логике. — Новосёлов М. М.

(Visited 17 times, 1 visits today)