ОСОБЕННОСТИ РЕЛИГИОЗНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ ГРАЖДАН УКРАИНЫ

Главная » Гуманитарные науки » ОСОБЕННОСТИ РЕЛИГИОЗНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ ГРАЖДАН УКРАИНЫ
Гуманитарные науки Комментариев нет

В статье изложены результаты теоретико-эмпирического исследова — ния особенностей религиозной идентичности граждан Украины. Тран с — формация религиозной идентичности изучается в контексте онтологич е — ского обоснования различий между этническим и национальным бытием человеческих общностей.

Ключевые слова: идентичность, религиозность, религиозная идентич — ность, этническое и национальное бытие, граждане Украины.

Актуальность исследования. В эпоху глобализации человечество переживает драматиче — ские процессы утраты духовных ценностей и морально-нравственных ориентиров. В этих усло — виях с особой остротой ставится вопрос о роли религиозного фактора в эволюции мировой культуры, поскольку религия является важной составляющей духовно-культурной жизни прак — тически всех народов мира. Роль религии в наши дни стремительно возрастает в разных сферах общественной жизни. Сегодня религиозный фактор активно используется в качестве «прикры — тия» политических или и экономических интересов. Все чаще религиозные лозунги использу — ются для этнической и политической мобилизации населения. Кроме этого, манипуляторы че — ловеческим сознанием цинично используют в своих целях религиозный фанатизм.

В результате «религиозного ренессанса» (который начался еще до распада СССР) рели — гиозная проблематика приобрела в современном мире большое значение, привлекая к себе

внимание философов, этнологов, социологов, историков, психологов, политологов, культуро-логов. Актуализация проблемы религиозной идентичности во многих государствах мира связа — на как с развитием глобализационных процессов, так и с интенсификацией миграций и меж — культурных контактов. Ведь мотивы многих современных конфликтов и основные линии со — циокультурных «разломов» возникают преимущественно на уровне межнациональных, межэт — нических и межконфессиональных различий. Многие эксперты отмечают, что подобные тен- денции будут постепенно возрастать одновременно с углублением процессов глобализации.

Научный анализ конфессиональной ситуации, роли религии в социально-политической сфере и особенностей религиозной идентичности населения любого государства имеет большое

значение для точной оценки этнонационального и политического развития данного общества.

Это будет способствовать не только предотвращению потенциальных конфликтов в межкон-© Калач В. М., 2013.

фессиональных, межэтнических и межнациональный отношениях, но и формированию фунда — ментальных основ гражданского общества.

Таким образом, актуальность исследования особенностей религиозной идентичности оп — ределяется как недостаточной изученностью феномена религиозной идентичности, так и необ-ходимостью создания научно-обоснованных выводов и рекомендаций, которые будут направ — лены на развитие гражданского общества, на конструктивное решение проблем межнациональ-ного и межконфессионального диалога, на профилактику терроризма и экстремизма на религи — озной почве.

Постановка проблемы. Известно, что социокультурные формы жизнедеятельности чело-века предполагают наличие его принадлежности к разным группам, в том числе и к той религи — озной общности, которую он считает «своей». Многие исследователи отмечают, что религиоз — ные общины являются наиболее стабильными и устойчивыми во времени (по сравнению с дру — гими социокультурными группами). Именно поэтому религиозная община может стать для че — ловека самой надежной общностью, которая обеспечивает ему необходимую поддержку в жиз — ни и дает определенную защиту. Таким образом, религия является специфической сферой че — ловеческой жизнедеятельности и важным компонентом человеческого развития, а формы, в которых она проявлялась на разных этапах общественно-исторического процесса, часто имели выразительную этнокультурную или национально-культурную специфику. Общие тенденции мирового развития подтверждают органическую взаимосвязь между религиозностью и этнич — ностью – этими важнейшими социокультурными характеристиками социально-исторических организмов и цивилизационных систем.

Поскольку тема нашего исследования затрагивает фундаментальные категории филосо — фии и религиоведения (религиозная идентичность, религиозные практики, религиозный опыт), а разработкой данных категорий и проблем занимались практически все основные представи — тели философской мысли Нового времени, то эти проблемы стали своеобразным «мейнстри- мом» современных исследований специфики «религиозного» и религиозной идентичности. Но в рамках этого «мейнстрима» образовался некий методологический «зазор», который свиде — тельствует об отсутствии надлежащего онтологического обоснования различий между этниче — ским и национальным бытием человеческих общностей, что, как правило, не учитывают совре — менные исследователи религиозной идентичности.

Мы согласны с Т. С. Воропаевой в том, что применение онтологического подхода позво — ляет четко охарактеризовать отличия между бытием этнической и национальной общности.

Если бытие этнической общности характеризуется традиционностью, локальностью и аноним-ностью культуры; доминированием ее этнозащитных и этносохраняющих функций; социаль — ной гомогенностью; преимущественно коллективным приобщением индивидов к этнокультуре; недостаточно развитым индивидуальным самосознанием и мало развитой субъектностью (как индивидуальной, так и коллективной), то бытие национальной общности характеризуется соз — данием национальной культуры, которая выходит за границы традиционного и партикулярного и обогащается авторскими и профессиональными инновациями; созданием духовного единства общности и духовно-культурной целостности национального мира (искусство, наука, религия, мораль и т. п.); социальной гетерогенностью; преодолением сословной и конфессиональной ог- раниченности; постепенным превращением сословного, феодального общества в гражданское, более высокой социальной мобильностью населения; более широкой системой социокультур — ных коммуникаций; наличием суверенной личности как члена общества и сознательной лично — стной самодетерминации в процессе национального самоопределения, преимущественно инди — видуальным приобщением личности к национальной культуре; усилением субъектных основ национальной жизни и субъектных проявлений в культурной, религиозной, научной, социаль- но-экономической, правовой, общественно-политической сферах; развитостью индивидуально — го самосознания и субъектности (как индивидуальной, так и коллективной); базированием ис — торической памяти и национального самосознания на целостной системе ценностных и онтоло — гических оснований [3]. Именно поэтому мы анализируем религиозную идентичность разных субъектов через ее взаимосвязь с бытием как этнической, так и национальной общности (в ко-

торые входят эти субъекты), через ее взаимодействие с духовной и политической сферами об — щества. Ведь религиозная идентичность может стать решающим фактором и этнического, и национального бытия, а также может влиять на этнодифференцирующие, этноконсолидацион — ные и нациесозидательные процессы.

История Украины показывает, что религиозная идентичность местного населения имела свою специфику (как в рамках этнической культуры, так и в рамках национальной культуры).

Например, в рамках этнической культуры религиозная и этническая идентичность часто накла-дывались друг на друга, а изменение религиозной идентичности не всегда приводило к потере этнической идентичности (что четко продемонстрировала украинская история). Когда униаты были вынуждены доказывать в XVII в., что они являются такими же русинами (известно, что в то время русинов на Западе делили на «русинов католиков» и «русинов не католиков»), как и православные [6, с. 55], то это не только преобразовало традиционное определение этничности через вероисповедальный критерий, но и привело к тому, что религиозная идентичность стала одним из основных факторов этнополитического самоопределения украинского народа, что значительно ускорило процессы национальной самоидентификации. Мелетий Смотрицкий, Гербурт Добромльский и другие мыслители начали отделять этническую принадлежность че- ловека от религиозной, отрицая архаичные представления современников, которые отождеств — ляли православное вероисповедание с этническим происхождением. Мелетий Смотрицкий од — ним из первых понял пагубность дальнейшего религиозного противостояния между православ — ными и униатами, выдвинув идею примирения «Руси с Русью». Постепенно и в обществе на — зревало осознание бесперспективности противостояния Руси православной с Русью униатской. На это существенно влияла формирующаяся раннемодерная национальная идентичность, кото — рая «охватывала», но «не отменяла» религиозную идентичность, поскольку такая национальная идентичность была надконфессиональной. Церковные интеллектуалы постепенно склонялись к признанию и православных, и униатов представителями одного этнокультурного сообщества и выступали за их объединение в рамках национальной церкви. И уже в 30-40-х годах XVII в. начинается поэтапная консолидация русинов вокруг Киева не только как этнокультурного и религиозного, но и как национального центра страны. Итак, религиозная идентичность являет — ся важным фактором государственного и национального «строительства», а также неотъемле- мой основой для становления гражданского общества (известно, что христианское учение о духовном равенстве легло в основу европейского гражданского общества, стало одним из ис — точников современной демократии в Европе, способствовало формированию европейских норм в категориях прав и обязанностей индивидов).

Таким образом, онтологическое обоснование разницы между этническим и националь — ным бытием человеческих общностей может стать методологической основой для современных

исследований специфики религиозной идентичности.

Анализ последних исследований и публикаций. Известно, что первые концепции идентич — ности были представлены в работах З. Фрейда, Э. Эриксона, К.-Г. Юнга, Г. Тэджфела, Дж. Тер-нера [10; 12] и других ученых. Заметный вклад в разработку этой проблематики внесли Р. Бау-майстер, М. Барретт, У. Бек, Д. Белл, И. Валлерстайн, Э. Гидденс, У. Джеймс, Ч. Кули, А. Мас — лоу, Дж. Мид, Г. Олпорт, Ж. Пиаже, Э. Тоффлер, Э. Фромм, Ю. Хабермас, В. Хесле, К. Хорни и др. Новые подходы к изучению идентичности с разных теоретико-методологических позиций репрезентировали Я. Ассман, З. Бауман, Э. Смит, С. Хантингтон [1; 2; 8; 9]. Широко известны также исследования и работы российских и украинских ученых (Г. Н. Андреевой, Н. В. Антоно — вой, Т. С. Воропаевой, Г. А. Гераниной, П. И. Гнатенко, А. А. Гусейнова, М. В. Заковоротной, Л. Г. Ионина, И. С. Кона, Н. М. Лебедевой, С. С. Савоскула, B. С. Малахова, М. И. Обушного, В. Н. Павленко, З. В. Сикевич, Г. У. Солдатовой, Т. Г. Стефаненко, В. А. Тишкова, Г. Л. Тульчин — ского, В. А. Ядова и др.), посвященные разным формам идентичности.

Проблеме религиозности и религиозного сознания в социокультурном, этнографическом и политическом контексте были посвящены исследования П. Бергера, М. Вебера, Г. Гегеля,

Э. Дюркгейма, И. Канта, Л. П. Карсавина, Л. Леви-Брюля, Т. Лукмана, Н. Лумана, Б. Рассела,

П. А. Сорокина, Э. Тайлора, С. Л. Франк, Э. Фромма, К. Ясперса и других. Вопросы религиозно-

го становления человека, а также формирования коллективной и личной религиозной идентич — ности рассматривались в работах Н. А. Бердяева, Г. Н. Горбачук, А. Ю. Григоренко, Б. В. Гройса, З. А. Жаде, С. И. Иваненко, Л. П. Ипатовой, Л. Г. Королевой, А. А. Красикова, Д. С. Крюкова, Л. Н. Митрохина, М. П. Мчедлова, Ф. Г. Овсиенко, И. В. Папаяни, А. П. Романова, С. В. Рыжовой, Т. В. Спицыной, Н. А. Трофимчук, Д. М. Угринович, С. А. Чурсанова и др. Украинские авторы И. А. Андрухив, Я. И. Грицак, О. П. Крыжановский, О. М. Лютко, В. И. Пащенко, С. Н. Плохий, С. С. Яремчук и другие изучают религиозную идентичность, этническое и национальное само — сознание, а также проблемы государственно-церковных отношений и конфессиональной жизни в Украине.

Результаты теоретического анализа проблемы. Исследования, посвященные религиоз — ной идентичности, имеют, как правило, междисциплинарный характер, поэтому мы интегриро — вали социально-философские, религиоведческие, исторические, этнологические и психологи — ческие подходы к изучаемой проблеме. Проведенный теоретический анализ различных концеп — туальных подходов к изучению религиозной идентичности показывает, что идентификация рассматривается современными учеными как важнейшей механизм социализации, этнизации и воспитания личности, который проявляется в принятии индивидом конкретной социальной ро — ли, в осознании им своей групповой принадлежности, в формировании у него определенных социальных установок. Мы согласны с позицией Т. С. Воропаевой, которая считает, что иден — тичность – это динамическая структура, которая развивается на протяжении всей человеческой жизни, причем это развитие является нелинейным и неравномерным, проходит через преодоле — ние кризисов идентичности, может идти как в прогрессивном, так и в регрессивном направле — нии [4, с. 74-75].

Религиозная идентичность является результатом процесса идентификации, чаще всего рассматривается как процесс уподобления, отождествления себя с определенной религиозной

общиной, принятия обрядов, символов и ценностей данной общины, а также пониманию соот-ветствующего религиозного учения. Религиозная идентичность, как правило, включается в жизнедеятельность субъекта, она неразрывно связана с его когнитивной, эмоциональной, цен-ностно-смысловой и поведенческой сферами, она обусловлена его потребностями, мотивами,

целями и установками. Религиозная идентичность фиксирует не только принадлежность инди — вида к определенной религиозной общине, но и выражается через его переживание или осозна — ние этой принадлежности.

Э. Смит отмечал, что религиозная идентичность опирается на объединении различных элементов религиозной культуры: ценностей, символов, мифов, традиций – часто кодифициро-ванных в обрядах и ритуалах [8, с. 15-16]. Поэтому процесс конструирования, воспроизводства и поддержания религиозной идентичности включает в себя различные знаковые, символиче — ские, идейно-образные и ценностно-смысловые компоненты. Важным элементом формирова-ния религиозной идентичности являются также религиозные культы и практики.

Результаты эмпирического исследования. Наши теоретико-эмпирические исследова — ния религиозной идентичности, проведенные под руководством Т. С. Воропаевой в рамках не-скольких международных проектов (1991-2013 гг.), которые были поддержаны Фондом «Воз-рождение», Фондом Фридриха Эберта, Фондом фундаментальных исследований Министерства образования и науки Украины, а также Ассоциацией украинских банков [5], показывают, что на протяжении последних 22 лет украинское общество находится в состоянии кардинальных со — циокультурных трансформаций, которые заметно влияют и на религиозную сферу. Деятель — ность религиозных организаций стала более активной, увеличилось их количество, заметно возросло число верующих, возрождаются преследуемые советской властью конфессии, усили — лось влияние религиозного фактора в образовании, культуре, политике и т. д. Применение инте — гративного подхода позволило выявить весьма интересные трансформации религиозной иден- тичности граждан Украины: а) религиозная идентичность на протяжении 1991-1993 годов практически не развивалась; б) небольшая динамика в ее развитии наблюдалась в 1995-1999 годах; в) значимость религиозной идентичности начала возрастать во второй половине 2001 г.

(после визита Иоанна Павла II в Украину), а с 2004-2005 годов и до 2013 г. респонденты все чаще используют идентитеты «христианин» и «христианка».

Для изучения трансформаций религиозной идентичности мы использовали методику

М. Куна-Т. Макпартленда «Кто Я?», адаптированную методику изучения религиозной иден — тичности Купера Смита, «Шкалу измерения идентичности» М. Синереллы, опросник Смирнова

Д. О. «Религиозная активность и другие методы. Обработка полученных данных проводилась с помощью вычисления среднего арифметического, а также использовался корреляционный и

факторный анализ. Всего было изучено 2030 респондентов.

Проведенные теоретико-эмпирические исследования показали, что идентификационные матрицы двух групп граждан Украины существенно отличаются: для представителей группы

«А» (респонденты с развитой европейской и сохраненной национальной идентичностью), кото — рые идентифицировали себя как «христиане» (сюда вошли и православные, и греко-католики, и

римо-католики), характерна более конструктивная иерархия жизненных смыслов, более разви — тая толерантность и высокий уровень патриотизма, чем для представителей группы «Б» (рес-понденты с доминирующей постсоветской идентичностью и маргинальной национальной иден-тичностью), которые идентифицировали себя или как «православные», или как «греко- католики», или как «римо-католики». У респондентов из группы «А» доминируют экзистенци — альные и самореализационные смыслы, у респондентов группы «Б» доминируют гедонистиче — ские и статусные смыслы. Для представителей группы «А» характерна такая иерархия иден — тичностей: 1) этническая, 2) национальная (гражданско-политическая), 3) религиозная, 4) евро — пейская, 5) региональная, 6) метаэтническая, 7) планетарная, 8) постсоветская идентичность. Для представителей группы «Б» присуща следующая иерархия: 1) метаэтническая, 2) этниче — ская, 3) постсоветская 4) региональная, 5) планетарная, 6) религиозная, 7) национальная (граж — данско-политическая), 8) европейская идентичность.

Представители группы «А» составляют более однородное сообщество и более мобилизо — ваны, чем представители группы «Б». При этом для представителей группы «Б» более характе — рен досубъектный (78%), чем субъектный (22%) тип политического самоопределения, у рес — пондентов из группы «А» более выражен субъектный (64%) тип политического самоопределе — ния, чем досубъектный (36%). У представителей группы «А» идентификационные приоритеты являются более стабильными. У представителей группы «Б» этническая идентичность более связывается с постсоветской, чем с европейской или гражданско-политической.

Выяснилось, что для представителей групп «А» и «Б» свойственны четыре типа этниче — ской идентичности (по типологии Берри [11]): а) моноэтническая идентичность с собственной

этнической группой (соответственно – 72% и 24%) б) измененная идентичность, выросшая на

основе самоидентификации с чужой этнической группой (соответственно – 4% и 36%) в) биэт — ническая идентичность (20% и 6%) г) маргинальная этническая идентичность (4% и 34%).

Многие исследователи отмечают, что сегодня наблюдается определенная размытость ре-лигиозной идентичности граждан Украины, однако украинское общество находится в состоя — нии поиска новой религиозной идентичности. М. Маринович считает, что поликонфессиональ — ность украинского общества является не только одним из важных сдерживающих факторов, которые блокируют развитие фундаменталистских тенденций, но и основной предпосылкой нахождения новой интегральной религиозной идентичности [7, с. 23]. Мы считаем, что такой интегральной религиозной идентичностью для православных, греко-католиков, римо-католиков и протестантов может быть христианская идентичность («Я – христианин»).

Известно, что каждая религиозная система содержит когнитивную модель мира, которая определяет «своих и чужих» в терминах сакральных ценностей, стереотипов, этоса. Поэтому, утверждая, что «Я – христианин», субъект тем самым соотносит свое «Я», или в целом с хри- стианской религией, или со знаково-символическим, идейно-образным и ценностно — смысловым пространством христианства, или с его отдельными элементами.

Выводы. Проведенное исследование показало, что религиозную идентичность можно рассматривать как важный фактор, который непосредственно влияет не только на процессы сохранения этнической общности, но и на процессы национального «строительства». Чем выше

будет уровень христианской идентичности в украинском обществе, тем более активным и эф — фективным станет процесс национальной консолидации, тем устойчивее будет общество перед угрозами потери традиций или нивелирования своей коллективной идентичности под натиском глобализации. Способность украинского христианства быть системным фактором обществен — ной и государственной жизни украинского народа подтверждена историей.

Таким образом, религия является системным фактором национального развития, ведь она способна выполнять мировоззренческие, духовные, регуляторные, коммуникативные и инте-гративные функции. Религиозный фактор может играть важную роль в процессах национально-го возрождения и создания государства, оказывать большое влияние на их ход. В зависимости от того, насколько эти процессы соответствуют религиозным верованиям и интересам различ-ных конфессий, религиозный фактор может выступать их действенным катализатором, или же,

наоборот, серьезным препятствием для развития этих процессов. Исторический опыт государ — ственной политики, деятельности политических партий и организаций убеждает, что игнориро — вание религиозного фактора, как и чрезмерная надежда на его действенность, ведет к пагубным последствиям (политизации религии, межконфессиональным конфликтам, кризису религиозно — политических отношений), которые угрожают стабильности общества и подрывают междуна — родный престиж государства. Поэтому роль религиозного фактора в общественно — политической жизни страны нельзя ни недооценивать, ни переоценивать.

Украинская история показывает, что в силу объективных причин – незавершенности структурирования политической жизни, слабости (или отсутствия) политической элиты, отсут — ствия идеологии – Церковь длительный период выполняла ряд несвойственных ей политически значимых функций, что и определяло большую важность религиозного фактора для политиче — ской жизни Украины. Однако, истинная роль религии заключается не в участии конфессий в политических событиях, а в ее морально-сдерживающем, воспитательном и гражданском по — тенциале, в способности влиять на мировоззрение и политическую позицию граждан государ — ства, на формирование ответственных политических лидеров.

Библиографический список

1. Ассман Я. Культурная память: Письмо и память о прошлом и политическая идентичность в вы — соких культурах древности / Пер. с нем. М. М. Сокольской. М.: Языки славянской культуры, 2004. 368 с.

2. Бауман З. Индивидуализированное общество. М.: Логос, 2002. 324 с.

3. Воропаева Т. С. Бытие этнической и национальной общности в контексте современных онтоло — гических исследований // Онтология. Блог Российского онтологического общества. http://konf- ontology. blogspot. com/2010/11/blog-post_821.html.

4. Воропаева Т. С. Развитие национальной и европейской идентичности граждан Украины (1991-2011 гг.) // Новый университет. Серия: Актуальные проблемы гуманитарных и общественных наук. 2011.

№ 7. С. 74-79.

5. Воропаева Т. С. Формирование национальной и религиозной идентичности граждан Украины (1993-2010) // Конфессиональная ситуация на Украине: история и современность. М.: ИЭА РАН, 2011. С. 173-190.

6. Крыжановский О. П., Плохий С. М. История церкви и религиозной мысли в Украине. К., 1994. Кн. 3. 337 с.

7. Маринович М. Проблема збереження релігійної ідентичності в умовах відкритого суспільства // Громадянське суспільство як здійснення свободи: центрально-східноєвропейський досвід / За заг. ред. А. Карася. Львів, 1999. С. 219-224.

8. Сміт Е. Національна ідентичність. З англ. пер. Петро Таращук. К.: «Основи», 1994. 536 с.

9. Хантингтон С. Кто мы? Вызовы американской национальной идентичности. Пер. с англ. А. Башкирова. М.: ООО «Издательство ACT»: ООО «Транзиткнига», 2004. 635 с.

10. Эриксон Э. Идентичность: юность и кризис. Пер. с англ. М.: Флинта, 2006. (Серия: Библиотека зарубежной психологии). 342 с.

11. Berry J. W., Y. H. Poortinga, M. H. Segall, P. R. Dasen. Cross-cultural psychology: Research and applications. BerryCambridge: Cambridge University Press, 1992. P. 44-62.

12. Tajfel H., Turner J. C. The social identity theory of intergroup behaviour // Psychology of Intergroup

Relations / S. Worchel & W. G. Austin (Eds.). Chicago, IL: Nelson-Hall, 1986. P. 7-24.

Статья поступила в редакцию 03.09.2013.

КАЛАЧ Вячеслав Михайлович – аспирант философского факультета Киевского нацио- нального университета имени Тараса Шевченко.

Материал взят из: Новиый университет. Актуальные проблемы гуманитарных и общественных наук. 8(29). 2013

(Visited 12 times, 1 visits today)