О СЛАВЯНО-РУССКИХ ОТНОШЕНИЯХ В ПЕРИОД СТАНОВЛЕНИЯ ДЕРЖАВЫ РЮРИКОВИЧЕЙ

Главная » Культура » О СЛАВЯНО-РУССКИХ ОТНОШЕНИЯХ В ПЕРИОД СТАНОВЛЕНИЯ ДЕРЖАВЫ РЮРИКОВИЧЕЙ
Культура Комментариев нет

В данной статье рассматриваются различия славян и русов в период раннего средневековья, характеризуется роль древних русов в создании К и — евского государства. Автор разбирает гипотезы эт нического происхожде — ния русов, более подробно останавливаясь на концепции Е. В. Кузнецова.

Ключевые слова: русы, славяне, славяно-русские отношения, Древняя Русь, Русский каганат, Ругиланд, Среднее Поднепровье, этногенетические процессы.

К моменту образования державы Рюриковичей огромные пространства Восточно — Европейской равнины были заселены славянскими племенами и движение в северном и северо — восточном направлении не ослабевало. Включение славянских объединений в орбиту полити — ческого влияния Киева приводило к постепенной утрате их племенной обособленности и вы — зреванию общерусского самосознания. При этом важнейшим моментом процесса политической и культурной консолидации населения в рамках Киевского государства являлся симбиоз двух несхожих этнических компонентов – русского и восточнославянского.

Различие русов и славян довольно четко прослеживается в письменных памятниках. Суммируя свидетельства средневековых авторов, можно прийти к заключению, что русы ак — тивно занимались торговыми операциями, в совершенстве владели навыками мореходства и селились преимущественно по берегам морей и судоходных рек на пересечении выгодных тор — говых коммуникаций.

Они имели развитую для того времени политическую организацию, признавая авторитет вождей и языческих жрецов. Это позволяло русам подчинять и объединять в достаточно круп — ные политические союзы соседние славянские племена. Данная тенденция проявилась в Вос — точной Европе, где русы построили Киевское государство, а также на землях, примыкавших к южному берегу Балтийского моря, где военно-политическая активность исходила со стороны русов, живших на острове Рюген.

Русы – опасный военный противник. Источники изобилуют сообщениями о нападениях русов на те или иные области. Арабский географ Ибн Русте пишет, что если русы «нападают на

другой народ, то не отстают, пока не уничтожат его полностью. Побежденных истребляют или

обращают в рабство». Писатель указывает, что русы «все свои набеги и походы совершают на кораблях» [1, с. 49]. Жизненные принципы русов передаёт следующий отрывок из сочинения арабского географа: «Когда у них рождается сын, то он [рус] дарит новорождённому обнажён — ный меч, кладёт его перед ним и говорит: «Я не оставлю тебе в наследство никакого имущест — ва, и нет у тебя ничего, кроме того, что приобретёшь этим мечом» [1, с. 48]. В книге Ибн Русте, составленной в 903-925 гг., содержатся самые ранние в арабской географической литературе сведения о русах. По мнению специалистов данные о русах и славянах Ибн Русте заимствовал из так называемой «Анонимной записки о народах Восточной Европы», датированной пример — но 70-90-ми годами IX в [1, с. 43].

Окружая первых князей династии Рюриковичей, русы входили в состав княжеской дру — жины, выполняли функции администраторов и послов, участвовали в торговле. Тексты догово-ров Руси с Византией показывают, что в числе княжеских послов и купцов, подписавших эти

соглашения, преобладали русы, а не славяне, т. к. многие имена не характерны для славянских языков: Карлы, Инегелд, Фарлаф, Веремуд, Рулав, Гуды, Руалд, Карн, Фрелав, Руар, Актеву,

© Белохвостов А. Н., 2013.

Труан, Лидул, Фост, Стемид, Ивор, Вуефаст и др. [2, с. 154-160]. Однако явное преобладание не славянских имён нельзя рассматривать в качестве аргумента в пользу норманнской гипотезы, поскольку германские (германо-скандинавские) этимологии с существенными оговорками до — пустимы только в отношении нескольких антропонимов, составляющих ничтожный процент от общего количества указанных имён. Историки отмечают, что в древнерусском именослове чис — то германские имена вообще отсутствуют [3, с. 313-332].

Судя по всему, земли отдельных славянских племён нередко становились для русов объ — ектом грабежа и источником рабов. Ибн Русте свидетельствует: «Они нападают на славян,

подъезжают к ним на кораблях, высаживаются и забирают их в плен, везут в Хазаран (Итиль –

А. Б.) и Булкар (Булгар – А. Б.) и там продают. У них нет пашен, а живут они лишь тем, что при — возят из земли славян… С рабами обращаются хорошо, заботятся об их одежде, потому что

торгуют [ими]» [1, с. 48-49]. Другой арабский автор Ибн Фадлан рассказывает о русских рабо-торговцах, которых он встретил на берегах Волги во время путешествия в 921-922 гг. По сло — вам Ибн Фадлана, правитель Волжской Булгарии с каждого десятка рабов, привозимых для продажи русами, забирал «одну голову» [1, с. 67]. Рабы привозились также в европейские стра- ны. Раффельштеттинский таможенный устав, составленный около 903-906 гг., упоминает рус — ских купцов, которые платили подати «с одной рабыни по тремиссе», а «с каждого раба по сай — ге» [4, с. 84]. О русском купце Гилли, который привез рабынь для продажи на торгу в устье ре — ки Гетаэльв в Западной Швеции, рассказывается в исландской «Саге о людях из Лаксдаля», по — вествующей о событиях X в. [5, с. 305-307]. Крупные рынки рабов, несомненно, имелись в Ви- зантии. Константин Багрянородный пишет о закованных в цепи рабах, привозимых русскими купцами для продажи в Константинополь [4, с. 85]. В целом, работорговля на Балтике и в Вос — точной Европе процветала с VIII по X в. Основными покупателями рабов были арабские хали — фаты Испании, Северной Африки, Передней и Средней Азии. Рабы – «сакалиба», продавав — шиеся в арабские страны и Византию, исчислялись десятками тысяч, хотя термин «сакалиба» в арабских источниках, по-видимому, обозначает рабов не только славянского, но также и фин — но-угорского, и балтского, и германского происхождения [5, с. 303].

Когда и при каких обстоятельствах русы поселились среди восточных славян и где рас — полагались их исконные земли? Российские и зарубежные историки предложили самые разные концепции, объясняющие этническую природу русов. Если среди сторонников норманской концепции можно увидеть относительную схожесть позиций, то антинорманские гипотезы со — держат весьма значительные расхождения. Одни учёные определяют славянскую этническую принадлежность племени «русь». Другие обнаруживают на просторах Европы несколько групп разного этнического происхождения, объединённых похожими названиями. Так, например, по мнению А. Г. Кузьмина «русы» – это славянизированные, но изначально неславянские племена разного происхождения, которых средневековые арабские авторы знают как «три вида русов». Первые – это руги, происходившие от северных иллирийцев. Вторые – это рутены, возможно, кельтское племя. Третьи русы – это иранский сармато-аланский народ, потомки роксолан, соз — давшие Русский каганат. Как полагает А. Г. Кузьмин, в конце IX в. на территории Древней Руси из представителей разных русов сформировался так называемый «род русский», который, ви — димо, соединил в себе выходцев из Подонья, Приднепровья, Придунавья и Прибалтики [3]. Не — которые историки отождествляет русов с частью какого-то известного народа (не славянского и не скандинавского). Например, известна концепция «росов/фризов» Н. Т. Беляева, поддержан — ная А. Л. Никитиным [6, с. 148-169].

К числу наиболее интересных теорий, предложенных в последнее время, относится кон — цепция Е. В. Кузнецова. Учёный обосновал принадлежность русов к народам Восточного Сре — диземноморья. Этногенетически русы могли быть связаны с хетто-лувийской группой индоев — ропейцев, а в глубокой древности проживали на малоазийском берегу и соседних островах Эгейского моря. Отсюда они отправились в длительное путешествие по водным и сухопутным дорогам Западной Европы. В разные периоды и применительно к различным географическим регионам название этого народа передавалось во множестве вариаций: русы, росы, рутены, ру — тулы, руги, роги, руцки, руски, руцци, руяны и др. При этом замечено, что в византийских до-

кументах чаще всего встречается этноним «росы», латиноязычные авторы писали «рутены», а германские источники часто передают форму «руги» («роги») [7, с. 110-157].

К началу нашей эры русы уже достигли Балтийского моря и прочно обосновались на его берегах. Возможно, русы являлись носителями оксывской археологической культуры (II в. до

н. э. – I в. н. э.) в Польском Поморье, между Одером и Вислой. На протяжении многих столетий русы были весьма заметным этническим компонентом в регионе, поэтому в ряде документов

Балтийское море именовалось «Mare Rugianorum» («Русское море») [3, с. 276].

Вероятно, движение русов от берегов Балтики дальше на восток и юго-восток началось в связи с миграцией германского племени готов. В момент высадки готов на южном берегу Бал-тики (I в. н. э.) русы потерпели поражение, но часть русов присоединилась к готам, когда гер — манцы стали медленно перемещаться к Черному морю. Среди племён, входивших в коалицию

возглавляемых готами народов Северного Причерноморья, Иордан упоминает росомонов. Ко — рень mon (man) означает «человек», «мужчина», т. е. этноним росомоны можно понимать как

«племя росских людей», «племя людей-росов» и т. п. [7, с. 139].

В конце IV в. н. э. русы-росомоны перешли на сторону гуннов и вместе с последними мигрировали в Центральную Европу на берега Дуная, где создали королевство Ругиланд, суще-ствовавшее несколько десятков лет на территории нынешней Австрии, Баварии и Южной Мо — равии. Присутствие русов/ругов в дунайском регионе неоднократно зафиксировано письмен-ными источниками [8]. Также интересный материал содержит географическая номенклатура Среднего Подунавья. Русские этнотопонимы прослеживаются от Баварии (Русдорф и др.) до района Железных ворот, севернее которых можно найти горную местность Пояна-Рускэ («Рус-ская поляна»), гидроним и ойконим с названием Рускица, селения Руска и Руска-Монтанэ.

Однако немалое число русов осталось в Северном Причерноморье и Поднепровье. Воз — можно, они вернулись из Центральной Европы после упадка Ругиланда. В «дополнении» к тек-сту сирийскоязычной рукописи «Псевдо-Захария Ритора», написанном около 555 г., упомина-ется народ рос («hros»), проживающий где-то к северу от Нижнего Дона и Азовского моря. В

VIII-IX вв. в этом районе существовал Русский каганат [9].

Районом значительной концентрации русских селений также являлось Среднее Поднеп — ровье. Исследователи обращают внимание на гидронимы Рось и Росава южнее Киева. Более

того, отмечено, что термин «Русская земля» в узком смысле применялся как раз в отношении

киевско-переяславского Поднепровья [10, 72-79]. Для новгородцев, например, ехать в Киев оз — начало ехать на «Русь», а возвращались они к себе в «Новгород» [11, с. 163].

Экспансия готов в балтийском регионе, очевидно, спровоцировала миграцию русов не

только в южном направлении, но и подтолкнула их к более активному продвижению в Восточ — ную Прибалтику. Е. В. Кузнецов исследовал несколько топонимических «гнезд» на Балтике и водных коммуникациях лесной полосы Восточно-Европейской равнины. Среди таких районов особенно интересны остров Рюген, устье реки Неман, северная и северо-восточная часть со — временной Эстонии, где располагался русский город Ротала, земли по течению Нарвы (Наро — вы), южнее озера Ильмень, около древнерусского города Рша (современная Орша), топоними — ческое гнездо в междуречье верхнего Немана и Припяти и, наконец, земли вокруг Мурома, где находилась загадочная Пургасова Русь [7].

Расположение перечисленных пунктов, несомненно, показывает стремление русов кон — тролировать важнейшие морские и речные коммуникации Восточной Европы и весьма опреде-ленно обозначает их экономические интересы, прежде всего связанные с торговлей на далекие расстояния.

Анализируя отношения славян и русов, нельзя пройти мимо религиозных расхождений двух народов. Некоторые русские боги могли быть почитаемы славянами, а некоторые славян — ские божества – русами, но попытки киевских князей заставить славянских земледельцев по-клоняться Перуну как главному божеству, очевидно, спровоцировали серьезное недовольство. Нами уже отмечалось, что теоним Перун имеет явно не славянский фонетический облик [12,

с. 162-178]. В. В. Иванов обратил внимание на хеттские параллели этого названия, сопоставляя его с хеттским клинописным существительным одушевленного рода perunas – «скала», по-

скольку культ бога грома был связан с культом гор и камней, находившихся на горах [13]. Ин — тересен ещё один теоним – Радогост, который напоминает древнего бога народов Восточного Средиземноморья – Радаманта (Радаманфа). Радогост регулировал родовые отношения славян. Во время Радуницы – весеннего праздника, посвящённого Радогосту, славяне приходили на места упокоения старших родственников. Радогост в представлениях славян обеспечивал луч- шую долю их предкам в потустороннем мире. Согласно греческим мифам Радамант тоже опре — деляет судьбы людей, прекративших земное существование. По поручению Зевса вместе с род — ным братом Миносом и сводным братом Эаком Радамант вершил суд в царстве мёртвых. Весь — ма показателен внешний облик Радогоста. Его идолы изображались с львиной головой, на ко — торой помещалась водоплавающая птица. Важный атрибут идола Радогоста, находившегося в городе (святилище) Ретра, – пурпурная мантия [12, с. 166-167]. По мнению Е. В. Кузнецова, львиная голова – признак древнего восточно-средиземноморского происхождения бога и его культа. (С львиной головой изображалась египетская богиня Каст-Сохнет) [7, с. 160-161]. Па — раллели в эгейском регионе находит и термин Ретра [12, с. 167-168]. Таким образом, Перун, Рад (Радогост) и Ретра – это термины русов, перенесённые ими из земель Восточного Средиземно — морья.

Библиографический список

1. Древняя Русь в свете зарубежных источников: Хрестоматия / Под ред. Т. Н. Джаксон, И. Г. Коно — валовой и А. В. Подосинова. Том III: Восточные источники. М., 2009.

2. Повесть временных лет / Под. Ред. В. П. Адриановой-Перетц. 3-е изд. Серия «Литературные па — мятники». Санкт-Петербург, 2007.

3. Кузьмин А. Г. Начало Руси. М., 2003.

4. Фроянов И. Я. Рабство и данничество у восточных славян. Санкт-Петербург, 1996.

5. Херрман Й. Славяне и норманны в ранней истории Балтийского региона // Как была крещена

Русь. М., 1988.

6. Никитин А. Л. Основания русской истории: Мифологемы и факты. М., 2001.

7. Кузнецов Е. В. Этногенез восточных славян: исторические очерки. 2-е изд. Арзамас, 2001.

8. Кузьмин А. Г. Руги и русы на Дунае // Славяне и Русь: Проблемы и идеи. / Сост. А. Г. Кузьмин. М, 1999.

9. Галкина Е. С. Тайны Русского каганата. М, 2002.

10. Третьяков П. Н. У истоков древнерусской государственности. Ленинград, 1970.

11. Мавродин В. В. Происхождение русского народа. Ленинград, 1978.

12. Белохвостов А. Н., Кузнецов Е. В., Минеева Т. Г., Шиженский Р. В. По древним тропам Перуна: поиски и открытия // Политическая жизнь Западной Европы: античность, средние века, новое и новейшее время: межвузовский сборник научных статей. Выпуск 5. Арзамас: АГПИ, 2008.

13. Иванов В. В. К этимологии Балтийского и Славянского названий Бога Грома // Вопросы славян — ского языкознания. Вып. 3. М., 1958.

Статья поступила в редакцию 29.06.2013.

БЕЛОХВОСТОВ Андрей Николаевич – кандидат исторических наук, доцент, заведующий кафедрой истории России, Арзамасский филиал Нижегородского государственного универси- тета имени Н. И. Лобачевского.

Материал взят из: Новиый университет. Экономика и право. 6-7(27-28). 2013

(Visited 11 times, 1 visits today)