КЛАССИФИКАЦИЯ НЕТРАДИЦИОННЫХ РЕЛИГИЙ

Главная » Философия » КЛАССИФИКАЦИЯ НЕТРАДИЦИОННЫХ РЕЛИГИЙ
Философия Комментариев нет

Классификация нетрадиционных религий по направ — лениям включает в себя следующие их разновидности, или классы религий:

1) неоориентализм — религиозно-мистические секты и культы восточного происхождения, получившие распростра — нение в западных странах;

2) неохристианство, или христомания;

3) сатанизм, или дьяволомания;

4) языческий политеизм (многочисленные современные неоязыческие объединения);

5) культ природных сил и энергий (неомагизм, неошама — низм);

6) универсализм.

Рассмотрим наиболее влиятельные в современной Рос — сии разновидности нетрадиционных религий.

Неоориентализм: религиозно-мистические искания, секты и культы восточных традиций

Среди огромного множества религиозных движений, культов и сект, получивших широкое распространение в раз — витых странах под названием новых, или нетрадиционных религий, большой известностью пользуются религиозно- мистические объединения восточной ориентации. Богои — скатели западных стран заимствуют мистические учения и

обряды, намереваясь с их помощью обновить или полностью заменить господствующие в этой половине мира мировоз — зренческие ориентации и традиционные библейские воз — зрения. При этом историческое и национально-культурное своеобразие религий Востока используется для выражения идеологической оппозиции западной цивилизации и попы — ток радикально изменить характерные для нее социально — экономические и государственные формы жизни. В конечном счете новый ориентализм предназначается для разрешения проблем и противоречий современного индустриального общества с его оторванной от интересов народа политической элитой, бездушной технократией и массами приземленных,

«одномерных» потребителей.

Попытки приспособить религиозно-философский мистицизм Востока к чуждым для него общественным и культурным условиям приводят к тому, что он многое утра — чивает из своего первоначального содержания. Тем не менее западные богоискатели восхищаются новым ориентализмом как истинным проявлением «восточной мудрости» и видят в нем «подлинную» религиозность, несущую «вечную истину», скрытую в сокровенных «тайных учениях». Этот адаптиро — ванный применительно к настроениям западных антикон — формистов неоориентализм считается единственным залогом надежды на радикальное изменение современного общества и улучшение положения человека в нем.

И хотя новый ориентализм привился и получил распро- странение первоначально на западной почве, его идеологи видят в нем средство спасения всего человечества, говорят о глобальных масштабах его религиозной миссии. Поэтому неоориенталистские организации стараются утвердить свое влияние по всему миру, стремятся создать свои центры и филиалы во всех странах. Наиболее сильно эта экспан — сионистская тенденция проявилась у Церкви Объединения С. М.Муна, у Общества трансцендентальной медитации, у Международного общества сСознания Кришны, у Церкви Сайентологии.

Крупнейшей вехой в истории проникновения восточных религий в западный мир явился «Парламент религий» — международная конференция представителей различных конфессий мира, собравшаяся в Чикаго в 1993 г. Однако на протяжении первой половины XX в. новый ориентализм про — пагандировался в основном лишь философами и литерато — рами. Этих пропагандистов религиозных воззрений Востока можно разделить на три группы. К группе первооткрывателей могут быть причислены К. Айшервуд, Н. Рерих, Р. Роллан. Их привлекли почти неизвестные в Западной Европе учения и легенды древней Индии и Тибета, в которых они усматри — вали превосходство над западным христианством. Одна из главных причин этого настроения заключалась в том, что доверие к официальной церковной идеологии Запада сильно пошатнулось в эпоху империалистических войн, разрухи и экономических кризисов, в эпоху массовых революционных выступлений. К этим негативным факторам прибавились гонения на христианские церкви в большевистской России и в фашистской Германии.

Для первых пропагандистов нового ориентализма харак — терно стремление к освоению восточных учений и проникно — вение в их причудливые мировоззренческие представления, попытки уловить тонкости мистического настроения. В этой области они пытались найти созвучие своим собственным духовным исканиям. Здесь они видели надежду на появ — ление нового, религиозно-просветленного человека и на осуществление благодаря этому духовного перерождения индустриально-потребительского общества Запада.

Ко второй группе популяризаторов нового ориентализ — ма принадлежали Д. Т.Судзуки и А. Уоттс. Их имена также получили всемирную известность, а исследования, посвя — щенные в основном дзэн-буддизму, были опубликованы в последние годы и в нашей стране. Их внимание к этой экзотической секте восточного мистицизма не случайно. Дзэн стал как бы первой ласточкой, возвестившей насту — пление нового религиозного климата в странах Запада. По-

явившись в этом регионе мира еще в конце XIX в., вместе с ведантизмом и йогой, дзэн сумел превзойти их своей по — пулярностью и влиянием, поскольку воспринимался как более радикальное отрицание официальной религиозной традиции и буржуазного конформизма. Именно благодаря этому дзэн первым среди других сект нового ориентализма распространил свое влияние среди американских битников — весьма известном в середине двадцатого века молодежном движении протеста.

Третью группу поклонников восточной религиозной ми — стики составили авторы литературно-художественных про — изведений: Г. Гессе, Дж. Керуак, Д. Д.Сэлинджер, О. Хаксли. Персонажи их книг наглядно демонстрировали, как религиозно-философские идеи и мистические настроения Востока, подхваченные западными богоискателями, могут преломляться в их жизненных судьбах, отмеченных разо — чарованием в идеалах и ценностях официального общества. Эти писатели оказали глубокое воздействие на ориентации молодежной контркультуры 50–60-х годов. Герои «Сид — дхартхи» и «Степного волка» Гессе, «На дороге» и «Бродяги Дхармы» Керуака стали популярными и нашли подражателей среди антиконформистской молодежи. Сильное влияние оказали и книги Сэлинджера, воспевавшие через обращение к философии дзэна утонченную нравственно-эстетическую красоту человека, поднявшегося выше утилитарной морали и массовой культуры современного буржуазного общества. Нашлись и подражатели идей Хаксли, пропагандировавше — го религиозно-мистические и экстатические переживания и настроенный на этот тонус образ жизни людей «нового мира». Не случайно в его романе «Остров» на удивление точно предвосхищено появление религиозно-наркотических коммун, получивших впоследствии распространение в США и Скандинавии под названием «психоделика» (в России ана — логичным явлением стали группы «герметиков»).

Состав неоориенталистского движения резко изменился в

60-х годах в связи с возникновением сектантских организаций. Новые глашатаи религиозно-философских идей прибыли из Индии и Тибета и это в первую очередь способствовало их широкой популярности и влиянию в западном мире как представителей «аутентичной» религиозности, пропаганди — руемой из первых рук, а не заимствованной «паломниками в страны Востока», о которых с разочарованием и иронией писал Г. Гессе в одноименном произведении.

В условиях ослабления христианской традиции и поис — ков надежной и эффективной ее замены, новые религиозные движения восточной ориентации стремятся предстать в каче — стве мировых религий и средств спасения всего человечества. На эту роль особенно откровенно претендуют Трансценден- тальная Медитация и современный кришнаизм, а поэтому соответствующие организации проводят прозелитизм без каких-либо национальных и социальных, образовательных и профессиональных ограничений. Так основатель Междуна — родного общества Сознания Кришны Д. Ш.Бхактиведанта на — стойчиво подчеркивал, что Кришну не следует рассматривать в качестве национального божества индуистов, поклонение ему должно стать правилом для всех социальных групп обще — ства у всех народов мира.

Следует обратить внимание на то, что вопрос о новизне нового ориентализма имеет далеко не однозначный ответ. Ориенталистские религиозные новации в странах Запада сравнительно новы лишь по времени своего появления и распространения в этом регионе мира, но по своему содер — жанию они в той или иной мере связаны с древними тради — циями, например с шаманской и ведической. Это побуждает идеологов неоориенталистских организаций заявлять, что они являются носителями исконной восточной мудрости, почерпнутой в древнейших религиозных произведениях — Ведах и буддийских сутрах, созданных несколько тысяче — летий тому назад, задолго до возникновения христианства. Постоянно встречаются рекламные заявления, что та или

иная неоориенталистская организация — это единственный образец сохранившейся древнейшей религиозной традиции в ее чистейшей, подлинной, аутентичной форме. Так лиде — ры современного кришнаизма, зародившегося в Америке, утверждают, что пропагандируют извечно существующую индуистскую традицию — санатанадхарму, а основатель АУМ Синрике утверждал, что проповедует учение самого Будды Шакьямуни, которое невозможно найти в сохранившемся традиционном буддизме.

Однако к подобным заявлениям следует подходить кри — тически: они продиктованы пропагандистским мотивом дис — кредитации христианства как более поздней и менее глубокой религиозной традиции. В действительности же исторические истоки неоориенталистских культов относятся к значитель — но более поздней эпохе — к феодальному средневековью в странах Востока. Широко известный на Западе дзэн-буддизм окончательно сформировался в Японии в XI-XIII вв. Про- пагандируемое сегодня в США, Западной Европе и в России

«тайное учение» тибетского буддизма сформировалось в XV в. Истоки американского движения «Харе Кришна», организационно оформившегося в известное и у нас Между — народное общество Сознания Кришны, лежат в бенгальском вишнуизме, возникшем в XI в. и достигшем своего расцвета в конце XV в.

Истоки этих направлений нового ориентализма от — носятся к кризисным периодам восточного феодализма, затяжных междоусобных войн и народных выступлений. В эти бурные эпохи и получили широкое распространение религиозно-сектантские движения, направленные на устра — нение тяжелых форм экономической и социальной зависи- мости человека, на освобождение его сознания и воли от оков господствующей идеологии, прежде всего религиозной. Религиозный мистицизм феодального Востока, появившийся на исторической арене в виде различных даосских, тантрист — ских, кришнаитских, суфистских новаций своего времени, имел прямое отношение к социально-реформистским и ос-

вободительным движениям. Это была исторически неразви — тая и во многом ограниченная форма социального протеста, поскольку ей было свойственно нигилистическое отрицание господствующей системы экономической и политической власти, официальной религии, существовавших институтов образования и культуры. Важно понять, что эти проявления религиозного протеста далекого исторического прошлого нашли свой отголосок в современном новом ориентализме. И это не удивительно, поскольку сущность нового ори — ентализма (как и всех нетрадиционных религий в целом) заключается в установке на социальную альтернативу, провозглашаемую посредством радикально обновленных религиозных воззрений.

Это подтверждается историей распространения нового ориентализма. Некоторые его организации оказались мало популярными именно потому, что их проповеди и ритуалы недостаточно отличались от известных на Западе религиозно — философских представлений и традиций господствующих церквей.

Однако главное в нетрадиционных религиях — не экзо — тичность культа, а расхождение с официальной идеологией и созвучие социально-альтернативным ориентациям участ — ников религиозного протеста.

Поэтому типологические особенности нового ориен — тализма, связанные с его альтернативной социальной на — правленностью и радикально обновленными религиозными воззрениями, не могут быть объяснены лишь принадлеж — ностью к восточным традициям. В этом причина того, что далеко не все восточные религии смогли стать материалом для формирования движений религиозного протеста в странах Запада. Ряд влиятельных восточных религий (конфуцианство, синтоизм, поздний буддизм, ортодоксальный ислам), буду — чи откровенными защитницами традиционных сословно- бюрократических государственных систем в странах Востока, оказались совершенно чуждыми новому ориентализму, прежде всего его пафосу социокультурного обновления.

Таким образом, специфика нового ориентализма во — все не сводится к его восточному колориту, а вытекает из наличия в нем идей и представлений, противоположных апологетическим установкам официального христианства и одновременно выражающим альтернативную идеологию

«религиозного ренессанса», «спиритуального пробуждения»,

«нового золотого века».

Эти идеологические установки выдвигают на первый план доктрину «спасения», или «освобождения», которая является существенной особенностью всех нетрадиционных религий, а не только нового ориентализма. Хотя и в этом отношении он отличается от других видов религиозно — мистических новаций. Неоориентализм, как правило, далек от полных драматизма раннехристианских представлений о близости конца света и пропагандирует более спокойный

«путь спасения», обычно понимаемый в качестве посте — пенного процесса приобщения верующего к божественной реальности.

В древних религиозных традициях Востока приобщение человека к божественной реальности на «пути спасения» по — нималось либо в качестве трансцендентального «перехода», либо не менее мистической «спиритуальной эволюции». В новом ориентализме эти два варианта «пути спасения» слились в один, но главное в том, что обещанная цель спи — ритуального просветления человека должна быть достигнута незамедлительно, «здесь и сейчас». Таков сотериологический пафос всех нетрадиционных религий: они отвергают звуча — щее в официальных церквах обещание загробного воздаяния, поскольку не могут не считаться с растущей непопулярно — стью этого догмата в условиях остро ощущаемого кризиса современной цивилизации.

Обычно религиозные организации нового ориентализ — ма называют «сектами» и «культами» (тогда как их само — названия разнообразны и часто произвольны: «ашрамы»,

«миссии», «общества», «ордена», «центры» и даже «уни- верситеты»). Секты и культы — это типологически разные

религиозные институты, их адепты различаются образом жизни и религиозной деятельности. Секты нового ориен — тализма — это сравнительно небольшие объединения, в ко — торых сосредоточивается вся жизнедеятельность сектантов. Они проживают на коммунальных началах небольшими группами, подчиняясь строгим правилам и распорядку за — нятий. Первичные группы обычно объединены в единую централизованную сеть во главе с органом власти, управления и контроля. Первичные сектантские ячейки могут пред — ставлять собой небольшие религиозно-бытовые коммуны (8-15 взрослых людей с детьми), производственно-бытовые объединения (обычно это небольшие сельскохозяйственные фермы) и несколько больших размеров ашрамы (называемые также храмами и центрами).

С сектой так или иначе связан и сотрудничает более многочисленный круг людей, не являющихся в полном смысле сектантами, поскольку они не берут на себя всех многочисленных обязанностей сектантской жизни. Эти лица, сотрудничающие с сектой и находящиеся под ее сильным влиянием, оказывают ей финансовую поддержку, и именно благодаря им в дни религиозных праздников сектантские центры оказываются переполненными и создают видимость многолюдных и кипящих сообществ.

Неоиндуистские секты, подобные «Общине любви» Бха — гавана Раджниша, Ананды Марг или АУМ Синрике, редко объединяют несколько тысяч последователей (как крупней — шая из них — Международное общество Сознания Кришны). Тогда как культы представляют собой иной тип религиозного института и значительно более многочисленны по составу. В отличие от сект они непосредственно не регламентируют образ жизни и занятия своих приверженцев. Наиболее из — вестные и влиятельные из них — Общество трансценденталь — ной медитации, созданная Махариши Махеш Йоги, Миссия божественного света, поклоняющаяся своему кумиру —

«живому богу» Махараю Джи, культистские организации

«святого и мага» Сатья Саи Баба и Шри Чинмоя. Каждая из

этих организаций насчитывает по несколько миллионов своих приверженцев. Их нельзя считать сектантами, поскольку они всецело не связаны со своими религиозными организациями, а только приобщаются в них к основам вероучения и получают там патентованные средства сакрального самосовершенство- вания — определенные мантры, методики проведения меди — таций и других йогических упражнений.

Таким образом, приверженцы неоориенталистских культов практикуют по сути личные религии в нетрадици — онном для западных стран виде. В отличие от них сектанты — неоориенталисты воспроизводят модернизированное подобие восточного монашества и монастырского уклада жизни.

Неоориентализм значительно удалился от религиозных традиций Востока, и это вполне закономерно, ведь по суще — ству он детище современного общества, продукт развившихся в нем тенденций к религиозному обновлению и социальному реформизму. Превратившись в составную, хотя и марги- нальную, часть современного технократического общества, неоориентализм постоянно испытывает на себе сильней — шее влияние западной культуры, ее рационалистического мировоззрения и индивидуалистической психологии. Тем не менее его восточная родословная достаточно различима и часто служит предметом гордости религиозных новаций этого направления.

Таким образом, несмотря на синкретический характер нового ориентализма и его определенную адаптацию к соци — альным и культурным особенностям западной цивилизации, можно вполне ясно различить тяготение новых религиозных организаций к тем или иным историческим религиозным традициям.

Наиболее многочисленны неоориенталистские секты и культы, связанные с индуизмом во всех его разновидностях, начиная от йоги, вишнуизма и шиваизма и кончая ведан — тизмом и тантризмом. Индуистское направление нового ориентализма самое влиятельное, и это объясняется рядом моментов.

Индуистские вероучения воспринимаются богоиска — телями как удачная замена малоубедительной для них хри — стианской ортодоксальной догматики, в частности учения о божественном начале. Неоиндуизм представляется как радикальное изменение христианской традиции в этом вопросе, поскольку пропагандирует веру либо в Абсолют — абстрактное, безличное божество, либо в Высшую боже — ственную личность (Кришну, Шиву и др.), которая время от времени появляется среди людей в своем земном воплощении (это аватары, или живые боги) или же прибегает к услугам божественных наставников — гуру для распространения своего учения.

Древние исторические корни индуизма, уходящие в патриархальную эпоху, когда только зарождалось сословно — классовое расслоение и ничто еще не предвещало глубоких противоречий и глобальных кризисов современного техно — кратического общества, рассматриваются сегодня как залог оздоровления и гармонизации современного социума.

Индуизм притягателен также своей идеей о существова — нии в человеке скрытого божественного начала и ритуальным культом, призванным его пробудить. Это воспринимается как залог возрождения индивидуальности человека и цен — ностей личной жизни, которые подрываются и утрачиваются в современном «массовом» обществе и под обезличивающим воз — действием государственно-монополистического капитализма. Современные богоискатели используют древнее религиозное учение для обоснования своего отказа от христианских догматов о греховности и виновности человека.

Наконец, социальные иллюзии и утопии неоиндуизма представляются богоискателям намного предпочтительнее современного буржуазно-потребительского общества, по- груженного в неуправляемую стихию рыночной экономики. Идеализированное «ведическое общество» представляется рационально организованным, с ясно просматриваемым смыслом и духовными ценностями человеческой жизни. Счи — тается, что этому древнему обществу была свойственна про-

стая, но целостная и гуманная мораль, свободная от отно- сительности и противоречивости современных этических постулатов, и, конечно же, более здоровый образ жизни.

Второе по значительности направление в новом ориен — тализме составляют буддистские влияния. Наряду с пропа — гандой философско-этических воззрений буддизма распро — страняются мистические учения секты дзэн, нитирэн-сесю, тибетский тантристский буддизм. В религиозной философии и этике буддизма усматривается эффективное средство об — новления находящейся в упадке западной культуры.

Обращение к буддизму мотивируется стремлением со — хранить религиозность в условиях духовного кризиса Запада, ослабления влияния официальной христианской церкви. Буддизм рассматривается как своего рода катализатор инте — реса к религии и мистицизму, он позволяет активизировать дискуссии на эту тему и расширить содержание обсуждаемых религиозно-философских проблем. В отношении этого ново — го религиозного направления характерно такое высказыва — ние: «Немецкий буддизм олицетворяет собой религиозный гуманизм, который черпает свой главный импульс из внецер — ковной и церковно-критической традиции Запада».

Еще одно направление нового ориентализма берет свои истоки в исламе, его представителей немного: неосуфизм, Сабуд. Культ Мехера Баба, один из первых проникший в молодежную контркультуру Америки, остался уже в исто — рическом прошлом.

Суфизм привлекает богоискателей своей связью с древними эзотерическими учениями (среди них — кабали — стика чисел), а также своеобразными обрядами. Широкую известность получили танцы дервишей, используемые ими для погружения себя в состояние гипнотического транса. Отчасти влияние суфизма объясняется тем, что у него много общего с мистическими сектами индуизма (тантризмом) и буддизма (дзэном), с христианской мистикой Средневековья. Благодаря этому суфизм воспринимается как универсаль-

ное мистическое учение, вполне созвучное мистическим настроениям, давно проникшим во многие религиозные и социальные движения Запада.

Особо следует отметить веру бахаи (бахаизм) — религиозно-философское движение с доминирующей культурно-просветительской и общественно-политической направленностью. Оно возникло в середине XIX в. в Ира- не на основе небольшой мусульманской секты (бабизма), выражавшей идеологию антифеодальных выступлений на — родных масс. В настоящее время вера бахаи насчитывает, по официальным данным, свыше 5 млн. последователей в

217 странах и территориях мира, быстро растет: за последние

25 лет численность увеличилась в 10 раз. В настоящее время вера бахаи занимает второе место по географической рас — пространенности, уступая лишь христианству.

Всецело отрицая мусульманскую обрядность и культ, бахаи собираются не в мечетях, а в особых Домах Покло — нения. Эти сооружения имеют различную архитектурную форму, но обязательно — девять входов и центральный купол, символизирующие единство и разнообразие чело — веческого рода. Бахаистское вероучение монотеистическое, универсалистское, в связи с чем претендует на статус новой мировой религии.

Мировое сообщество бахаи сотрудничает с ООН, ЮНЕ — СЕФ, ЮНЕСКО, ЮНЕП и ВОЗ, отстаивая идеи создания всемирной федерации, введения общего вспомогательного языка, координации мировой экономики, всеобщей системы образования, единого кодекса прав человека, согласованного механизма коммуникаций в масштабах планеты, унифициро — ванной системы денежных единиц, мер и весов. Бахаистская литература публикуется во всем мире на 700 языках. С конца XIX в. вера бахаи получила распространение в США, Англии и Германии, но преимущественно не как религиозное, а как социально-политическое учение.

В нашей стране вера бахаи была известна еще в до — революционный период. О ней знал Тургенев, Лев Толстой

относился к ней благожелательно. В Ашхабаде в 1905 г. был по-

строен первый в мире Дом Поклонения бахаи. Историче — ский путь веры бахаи весьма примечателен превращением из религиозного движения национально-освободительной ориентации, состоящего из противников шахского строя в Иране XIX в., в современное космополитическое движение, провозглашающее в религиозно-мифологической форме приоритеты всеобщего мира, демократии и гуманизма. Со — циокультурная направленность веры бахаи во многом совпа — дает с ориентациями нового ориентализма, хотя ее восточные корни едва ощутимы под доминирующим универсализмом вероучения, обрядности и организационных структур.

Влияние нового ориентализма подпитывается как осла — блением позиций официальной церкви в обществе, так и тем обстоятельством, что традиционная догматика западного христианства все меньше оказывает влияние на приоритеты повседневной жизни людей. Это дает возможность новому ориентализму претендовать на роль «спасителя» западной цивилизации и человечества в целом. Объективно это но — вое религиозное направление служит своим приверженцам дополнением либо заменой господствующей религиозной традиции.

Каково же религиозное значение нового ориентализма в странах Запада? По крайней мере троякое.

Ориенталистские новации служат, во-первых, радикаль — ному обновлениею традиционных религиозных воззрений и настроений. Западному богоискателю предлагаются не свойственные Западу представления о сакральном, сверх — ъестественном (надмирском) начале. Это либо представ — ления индуистской религиозной философии о Брахмане и Атмане, либо буддистское учение о нирване (его вариант — парадоксальная идея дзэн-буддизма о Пустоте как основе мира), либо кришнаитское учение о высшей божествен — ной личности — вечно кружащемся в веселом танце боге Кришне. Новый ориентализм предлагает Западу также принципиально иную концепцию морали, которая от — вергает христианское противопоставление добра и зла,

пропагандирует идеи комической ответственности и пере- рождения человека в иное тело после смерти. Новый ориен — тализм стремится привлечь к себе интерес ученых, заявляя, что ему по силам объединить современное научное знание и религию, что он способен возвыситься над их тысяче — летним противостоянием, поскольку представляет собой

«божественную науку».

Во-вторых, считается, что новый ориентализм обнов — ляет и расширяет религиозный опыт человека, придает ему особую мистическую глубину, одновременно обогащая его неповторимой экзотикой утонченных переживаний и кра- сочных образов. Психологи склонны видеть в этом явлении своеобразную гальванизацию религиозных чувств западных обывателей, настроенных скептически в отношении тради — ционной христианской догматики и наскучившей им рутины церковных обрядов.

Третья особенность нового ориентализма состоит, на — против, в приобщении богоискателей к активной культовой практике. Она превращается порой в интенсивнейшее воз — действие на сознание, волю и психику человека посредством тщательно разработанных и очень эффективных методик. Примером тому кришнаитские медитации, сопровождае — мые тысячекратными повторениями священной мантры, и строжайшие аскетические предписания. Еще более сильные и эффективные «техники» психосоматического воздействия на человека и манипуляции им применялись в секте АУМ Синрике.

Проповедники религиозных новаций не скупятся на обещания чудодейственных изменений поверившего им человека, а вместе с тем и человечества в целом. Маха- риши Махеш Йоги предлагал уверовать, что ежедневное

20-ти минутное повторение мантры по методике трансцен- дентальной медитации способно кардинально изменить судьбы человечества, освободив его от голода и болезней, войн и безработицы. Аналогичные утопические надежды необуддист Икеда возлагал на проникнутую мистикой

дзэн-буддизма чайную церемонию. Асахара же уверял, что его монахи-самана, достигшие вершин «Пути Исти — ны», могут не бояться ядерной войны, так как спасутся в астральном мире.

Во второй половине XX в. новый ориентализм получил широкое распространение в странах Запада и стал неот — ъемлемым, хотя и маргинальным, элементом свойственной

ему пестрой и разноликой картины религиозных воззрений. Этот процесс обеспечивался энергичными организационно — пропагандистскими усилиями и большими финансовыми затратами со стороны новых крупных сект и культов. Одно- временно с этим значительно расширилась социальная база многих из них. Если в первые десятилетия своего существова — ния на Западе ведантизм, дзэн, йога были каждый по своему элитарны, то, начиная с 60-х годов, новый ориентализм, как и нетрадиционные религии в целом, значительно «демократи — зировался» и стал весьма разношерстным по своему составу. Его приверженцы уже не принадлежат к какой-нибудь одной специфической группе населения (как было, например, с

«битническим дзэном», культивировавшемся в узкой среде молодежной контркультуры, а ранее с бахаизмом, представ — лявшим собой на первоначальном этапе сектантское движе — ние персов). Современный новый ориентализм отличается очень разнородным социальным и национальным составом. Основной костяк составляет интеллигенция (в том числе прослойка учащейся молодежи, студентов) и средние слои, служащие, но есть представители средней и мелкой буржуа — зии, рабочих. Благодаря столь широкой социальной основе восточные культы, распространившись первоначально в крупных городах, стали охватывать и провинцию.

Увлечение восточными религиями в США дало повод

А. Уоттсу высказать в полушутливой форме такой прогноз:

«Лет через 50 население Индии будет разъезжать в автомо- билях, жить в пригородах и играть в бейсбол, а население

США — сидеть в пещерах Оригона и Скалистых гор, созер — цать собственный пуп, стремясь достичь в медитации Атмана и нирваны».

На протяжении нескольких последних десятилетий новый ориентализм продолжает сохранять свою активность, однако его влияние идет на убыль, уступая место иным разновидностям религиозного мистицизма, в частности неоязычеству.

Материал взят из: Проблемы морфологического анализа религий — Балагушкин Е. Г.

(Visited 30 times, 1 visits today)